«Страна, живущая в бараках и впроголодь, строила грандиозное и никому не нужное. И делала вид, что гордится этим», — пишет в своей «Вечной мерзлоте» Виктор Ремизов
Страна, живущая в бараках и впроголодь, строила грандиозное и никому не нужное. И делала вид, что гордится этим, пишет в своей Вечной мерзлоте Виктор Ремизов.
В конце 1940-х годов, когда СССР только поднимался после войны, Иосиф Сталин приказал начать один из самых амбициозных проектов своего времени Трансполярную магистраль. Дорогу хотели проложить через Заполярье от Салехарда до Игарки, прямо на вечной мерзлоте.
План был грандиозным. Эта магистраль длиной около 12001500 км должна была соединить европейскую и азиатскую часть страны, дать выход к недрам Севера, открыть новый порт, который позволил бы развивать Арктику. Дорога могла стать новой экономической осью государства: дорога укрепила бы оборону северных рубежей и обеспечила развитие всего региона. Кроме того, магистраль до Игарки сделала бы реальным и проект дороги до Берингова пролива, которая могла бы обеспечить транспортную доступность всего арктического севера страны, а, возможно, и связала бы СССР с США. Да, такие мысли были уже тогда.
Исполнять большую мечту вождя поручили тем, кого подмяла под себя репрессионная машина заключенным. Около 100 тысяч человек передали под управления лагерного строительства 501 и 503. День работы на дороге Сталина засчитывали в сроке заключения за два. Тем, кто смог выжить.
На стройке всё начиналось с топора писали свидетели. Зэки жили в бараках, которые сами же и сколотили из поваленного тут же леса, мастерили нары, печи из металлических бочек, окна закрывали плёнкой или промасленной бумагой. С едой тоже было туго кормили баландой из овса и мороженой картошки и хлебом, который из-за перебоев с доставкой продуктов пекли из муки с толчёной мерзлой картошкой, жмыхом из семян, иногда даже с древесной целлюлозой. Изредка прибывала мясная тушёнка из ленд-лиза.
Работали до одурения, укутывались в рваные шинели ртутный столб падал ниже минус сорока. Весной приходила оттепель и всё, что было построено, трескалось и проваливалось в зыбкую мерзлоту геодезические изыскания под проект если и делали, то уже по ходу. Вода разъедала насыпи, мосты гнулись под собственным весом. Людей перегоняли дальше, и те начинали сначала. Инженеры говорили: под каждой шпалой лежит человек от голода, болезней, холода и изнурительного труда люди гибли каждый день. Выжившие вспоминали, как ночами слышали треск льда вокруг будто сама земля стонала от холода звуки тундры и запомнились как голос Мёртвой дороги.
Среди заключённых фронтовики, учёные, инженеры и рабочие, попавшие в лагеря в основном по 58-ой статье. Среди них было много людей с удивительными судьбами. Моряк-фронтовик Николай Киселёв, герой войны, оказался здесь по доносу якобы делал антисоветские высказывания. Он носил под бушлатом выцветшую матроску единственное, что оставалось от прежней жизни. Говорили, что по вечерам он тихо пел у костра песни о море, и даже охрана не мешала.
Другой свидетель, тоже фронтовик Александр Русанов, попавший по той же 58-й статье за антисоветские разговоры, был старшим в бригаде и видел, как люди падали в снег прямо у насыпи: Кого не поднимали засыпали тут же. Земля не копается, мерзлая, значит, рядом насыпью и хоронят писал он.
А бывшая учительница из Вологды, Анна Ильинична, осуждённая за украденный в 1947 году хлеб, попала на стройку с грудным ребёнком. Девочку вскоре отправили в детприёмник под Воркутой, а мать умерла через три месяца от пневмонии.
Когда Сталина не стало, стройка встала и природа медленно взяла своё. Многие писали тогда, что Сталин думал на десятилетия вперёд, и его идея всё же принесла плоды: именно там, где проходила бесполезная дорога, нашли Уренгойское месторождение газа одно из крупнейших в мире. Металлические конструкции, оставленные строителями, служили жильём геологам.
Сегодня в Игарке живут люди, работает небольшой порт, а на окраине музей мерзлоты и Мёртвой дороги. В Ермаково осталось лишь несколько домов и памятник строителям рельс, вросший в землю. Каждую весну туда приезжают туристы и бывшие зэки отдать дань памяти погибшим.